Люксембургский след в российской авиации: карлик против гиганта

Судебная система России уникальна своей избирательностью: одних людей она перемалывает в своих жерновах просто так,  других же, куда более достойных ее внимания, не видит в упор.

Недавно из мест заключения на свободу вышла Лидия Аристова, опытный бухгалтер, которая просто оказалась не в том месте не в то время. Должность главного бухгалтера в России в принципе «расстрельная», а Лидия Ивановна к тому же доверилась крайне опасным людям. Достаточно сказать, что владелец ЗАО НПО «Авиатехнология» Сергей Мулин к моменту описываемых ниже событий находился в бегах за границей – российскому правосудию не терпелось узнать о судьбе 8 тысяч тонн никеля и 4 тысяч тонн феррохрома, которые подконтрольные Мулину предприятия позаимствовали в государственном резерве и забыли отдать. Впоследствии в дело вмешались какие-то могущественные покровители предпринимателя, дело было засекречено, после чего закрыто. Металл в казну, по нашим сведениям, так и не вернулся.

В 2002 году, находясь за рубежом, Сергей Мулин вызвал к себе в Люксембург генерального директора ООО «НПО Авиатехнология» Павла Ханчина и дал ему указание переписать ЗАО «НПО Авиатехнология» на надежного человека: в ожидании суда Мулин скидывал активы. Пусть у вас не кружится голова: у предпринимателя было сразу три «Авиатехнологии», похожие до смешения. Очень помогало сбивать с толку следователей и журналистов.

Господин Ханчин переговорил с главбухом Аристовой и получил ее согласие на участие в сделке. 17 декабря 2002 года был заключен договор: 99% акций ЗАО перешли в руки Лидии Ивановны. Она автоматически стала владельцем не только этого предприятия, но и принадлежащих ему активов: 20% акций Кулебакского металлургического завода (КМЗ) и почти половины Кулебакского кольцепрокатного завода. Средства за эти акции в установленный срок поступили на счета ООО «НПО Авиатехнология». При подписании договора присутствовал также гендиректор металлургического завода Николай Рябыкин. На следствии Ханчин говорил о присутствии еще одного свидетеля, однако как Аристова и Рябыкин, так и сам этот человек опровергли данные показания.

Для чего же Ханчину нужно было врать? Дело в том, что впоследствии он и его патрон Мулин обвинили Аристову в мошенническом присвоении акций. В оригинале договора указано, что главбух покупает 281 973 акций, но истцы утверждали, что речь шла лишь о 32 акциях, необходимых для того, чтобы Аристова могла представлять «Авиатехнологии» в судах. К чему нужна была эта продажа, почему не ограничились банальной доверенностью, Ханчин пояснить не смог.

На первой странице документа, где указано число акций, подписи Ханчина нет. Аристова и Рябыкин утверждают, что он подписал лишь вторую страницу, Ханчин – что Аристова подменила первую. Но обвинение будет выдвинуто намного позже, а пока, в 2003 году, события развиваются весьма оригинальным образом.

Экстренно сбросив актив на плечи главбуха, Мулин постепенно нашел тех, кому хотел бы окончательно передать «Авиатехнологии» и доли в заводах. Через полгода он объявил Аристовой и Рябыкину (опять же в Люксембурге) о необходимости передать акции его сыну, братуГеннадию и еще одному близкому приятелю. Главбух, серьезно рисковавшая, оставалась не при делах.

Кроме того, Аристова получила распоряжение о постепенной перерегистрации российских активов в офшорах: Мулин не доверял компаньонам и хотел контролировать все сам.

Оба эти распоряжения восторга у Аристовой не вызвали, но реальный конфликт возник по третьему пункту: Сергей Мулин распорядился передать акции Ступинской металлургической компании в доверительное управление некоей инвесткомпании «ДИСА-инвест». Все бы ничего, да только акции эти находились под арестом как раз по делу об исчезнувших никеле и феррохроме. Главбух отказалась идти на уголовное преступление, не подозревая, что выхода у нее уже нет: с этого момента Аристова была назначена жертвой.

Следствие установило, что в декабре 2003 года номинальный глава «Авиатехнологии» Геннадий Мулин (брат беглого владельца) с помощью Павла Ханчина и Сергея Аронова вытащили из кабинета Аристовой сейф с документами. Хранившийся там реестр акционеров бесследно исчез. Сама главбух в это время лежала в больнице на операции. А вскоре на нее завели уголовное дело: Ханчин и Мулины назвали договор купли-продажи акций сфальсифицированным.

Эксперты не смогли прийти к выводу, была ли злополучная страница без подписей подделкой: однозначно установлено, что она была распечатана на том же принтере, на той же бумаге и примерно в то же время. Более того, Ханчин подписал балансовый отчет за 2002 год, где указана эта масштабная сделка, и его подпись на этом документе – подлинная (сам он утверждает, что доверился Аристовой и текст не читал).

Позднее возник новый реестр – путем грубых фальсификаций и подделки печатей, с подписями Геннадия Мулина и Пашковского (назначенного по этому случаю директором КМЗ). Пойманные за руку, они объяснили следствию, что просто хотели спасти акции, незаконно отжатые мошенницей Аристовой.

Понятно, что с такими «доказательствами» истцов просто послали. Аристова, в свою очередь, тоже пошла на принцип и стала защищать юридически принадлежащие ей акции. Нам неизвестно, была ли первая сделка, продажа ЗАО НПО «Авиатехнология» Аристовой, фиктивной: ведь деньги за нее были перечислены, а устные договоренности миру неведомы.

В общей сложности дело против Аристовой возбуждали пять раз. И четыре раза закрывали. Параллельно с этим арбитражные суды один за другим выносили решения в ее пользу по реестру акционеров – но всякий раз они отменялись следующей инстанцией.

На пятый раз Аристову все-таки посадили. Все те же могущественные покровители добились своего. За попытку помочь руководителю, за сохранение верности ему даже в смутные времена и отказ грубо нарушать закон Лидия Аристова была приговорена к 6,5 годам лишения свободы. Рябыкин, роль которого в этом деле выглядит весьма странно (то ли жертва, то ли провокатор), сумел скрыться за рубежом. Общается ли он там с господином Мулиным, доподлинно не известно.

Все обвинение было построено на показаниях Ханчина, который – как установлено следствием – лгал по поводу свидетеля, вытаскивал документы из чужого кабинета и ставил подпись под поддельным реестром. Восхитительный гражданин, заслуживающий полного доверия.

Да, для сведения: спорные предприятия занимаются не закупкой рогов и копыт – там подобные дела творятся сплошь и рядом, – а производством жаропрочных колец для двигателей авиакосмической отрасли. И это совсем грустно: почему мы не можем навести порядок даже в столь серьезной отрасли?

А мораль истории проста и актуальна: если ваш непосредственный руководитель бегает от закона, имеет смысл поискать другую работу. Иначе он с высокой вероятностью утянет вас за собой.